Category: литература

Category was added automatically. Read all entries about "литература".

Giuseppe Cristiano. Кадр

Чувак — один из самых известных в мире специалистов по рекламе и раскадровке. Причем, итальянец не только практик, подвизающийся двадцать лет на иллюстрации, дизайне, концеп-арте и комиксе, но и теоретик, написавший несколько книг по теории графики и раскадровке.

Collapse )


Несколько фильмов о европейском нацизме. Верховен «Черная книга»

«Zwartboek» «Soldaat van Oranje»
«Zwartboek» «Soldaat van Oranje»

Начнем с того, что мне вообще не нравится сам термин Вторая мировая война. Кто их вообще разделил Первая, Вторая, Столетняя там или Наполеоновская? Вообще, почему она мировая? Кто придумал что она мировая? Что, все страны мира участвовали? Нет. Что, все участвовали в полной мере? Нет. Считаю, что та историография, навязанная миру и обескровленному Союзу, в корне лжива и унизительна. Почитайте хотя бы статью в педивикии. Они там решили, кто был в «оси», а кто не был. Раздел о участии Сирии, чуть не самый обширный, а участие Франции или там Голландии, расписано как основных участников, причем конечно не на стороне «оси». Это просто дрисня товарищи.

Collapse )


Вадим Степанцов. Случай с газетчиком Быковым на даче у Шаляпина

Писатель Максим Горький тычет метлой в оперного певца Фёдора Шаляпина, около 1905 года
Писатель Максим Горький тычет метлой в оперного певца Фёдора Шаляпина, около 1905 года

Поэма по реальной истории господина Быкова, решившего издать газету под названием «Мать», в 1998 году, но так и не издавшего...

Накрывши пузо грязным пледом,

 Я ехал в бричке с ветерком.

 Моим единственным соседом

 Был штоф с кизлярским коньяком.

 Столбы мелькали верстовые,

 Закат над лесом угасал.

 Коньяк кизлярский не впервые

 От горьких дум меня спасал.

Collapse )


Язык любви, USSR and танцы на снегу

Предлагаем вашему вниманию, прекрасный тематический календарь 1949 года, от Bill Randall. Просим обратить внимание, не только на прекрасную одежду и холодное оружие, но и на прекрасные стихи:


Dimilkovitch, versky, petrowar

The Russan language has no par.

I never did learn to speak the staff

But the language of love, seemed to be enough


любительский креативный перевод:


Димилкович, верский, петровА

Нет, как русский, больше языка. 

С персоналом объяснится я не смог

Но, для языка любви, хватило слов. 


Na zdorovie! Vodka, balalaika, kazachek!


Нет либерастии!

«Меня часто спрашивают: а чем ты сам отличаешься от либералов, если постоянно критикуешь власти?

Отвечаю: я хочу, что бы моя страна стала лучше, а они хотят, что бы этой страны вообще не было...»

Игорь Панин — поэт, публицист, литературный критик, редактор. Член Союза писателей России. По образованию — филолог. 

https://igor-panin.livejournal.com/


Страна восходящего развитого вуайеризма

Особенности классической японской литературы.

Лет пятнадцать тому назад, мне попался по случаю двухтомник Кобо Абе. Были там пара романов, повести и рассказы. Не скажу что нетленки вызвали у меня отторжение, «Женщина в песках» вообще вызвала живейший интерес. Но вот «Человек-ящик» припасенный на закуску, не то что бы совсем не зашел, но остался дико, например не понятым. Если честно, то ближе к середине мне уже хотелось сжечь книжку на открытом огне, и только моё ангельское терпение, позволило дочитать таки, эту жесть. Я запихнул прочитанное подальше в подсознание и не вспоминал о нем, все эти счастливые годы.

Collapse )

ПРOШУ, УБЕЙ МЕНЯ

Легс Макнил и Джиллиан Маккейн

Подлинная история панк-рока в рассказах участников


Перевод Антона Скобина, Макса Долгова


Часть третья
Отстойник
1974–1975

Глава 17
Давай, Рембо!

Патти Смит: Ко мне вернулась вера в поэзию, когда я увидела концерт Rolling Stones в «Мэдисон-сквер гарден». Джаггер очень устал и капитально отъехал. Дело было во вторник, это был уже третий концерт подряд, и Джаггер был на грани изнеможения – но того изнеможения, которое прорывается в магию.
Джаггер устал настолько, что ему нужна была энергия слушателей. В тот вторник он был не рок-н-ролльщиком. В тот вечер он был ближе к поэзии, чем когда бы то ни было, потому что он дико устал, едва мог петь. Я люблю музыку «Роллингов», но передо мной была не музыка, а перформанс как он есть, перформанс в чистом виде. Это был перформанс в чистом виде – Джаггер зверски устал, он наговаривал в микрофон: «Очень тепло здесь/тепло-тепло-тепло/очень жарко здесь/жарко-жарко/Нью-Йорк, Нью-Йорк, Нью-Йорк/бах, бах, бах».
Я имею в виду, он не говорил ничего гениального – но хватало одного его присутствия, его способности держать аудиторию. Он электризовал нас. Если бы Rolling Stones ушли в тот вечер со сцены и оставили Мика Джаггера одного, он был бы так же велик, как любой поэт. Он мог бы просто рассказывать свои лучшие тексты и аудитория была бы загипнотизирована.
Но самое важное, из-за чего меня разрывало возбуждение – я видела все будущее поэзии. Я правда видела его, чувствовала его, я так переживала, что едва не выскочила из собственной кожи: во мне проснулась вера, я захотела продолжать дальше.
Collapse )